4 июля в Ярославле стартовал XXI Международный фестиваль «В кругу семьи». Он проходит при поддержке Государственной корпорации «Ростех», банка ПСБ и Правительства Ярославской области. Председателем мероприятия стал Александр Ковтунец, с приветственным словом выступили губернатор Ярославской области Михаил Евраев, режиссер Никита Михалков и председатель банка ПСБ Петр Фрадков, а Федор Добронравов уже несколько лет является его художественным руководителем. На полях кинофорума известный актер рассказал «Байрон.ру» об отношениях с сыновьями, любимых кинорежиссерах и фильмах, которые рекомендует посмотреть с детьми.
— Вы являетесь руководителем фестиваля о семейном кино. А какой у вас любимый семейный фильм?
— Один фильм ничего не определяет — так же как одна книжка не определяет твоей образованности или начитанности. Вот что книжек, тысяча книжек могут повлиять. Если говорить о том, что можно посоветовать посмотреть с детьми, то я бы выделил фильм «Частное пионерское». Как это все сделано здорово! Дети хорошо играют, тема прописана хорошо. Я наплакался, насмеялся! Ванин (Ивана Добронравова, — прим. ред.) фильм очень понравился, в котором он выступил режиссером, называется «Никто не знает про Маньпупунёр». Тоже шикарно получилось.
— Недавно вы снялись с сыновьями в фильме «От печали до радости» — впервые все вместе в кадре. А кто кого сейчас больше «воспитывает» на площадке: вы их как отец, или они вас — как современные артисты?
— Да уже они меня. (Смеется.) Я уже не догоняю многого, они быстрее.
— А изменилось ли актёрство сейчас? Чувствуется разница в подходе у людей, в режиссуре?
— Конечно, чувствуется. Сейчас скорость мешает. Раньше репетировали, добивались, созидали. Сейчас нет, сейчас больше зарабатывают деньги. И выигрывают те, кто «наработаннее». Но нет уже такого, чтобы садились, углубленно разбирались и творили, как наши великие артисты.
— Один фильм ничего не определяет — так же как одна книжка не определяет твоей образованности или начитанности. Вот что книжек, тысяча книжек могут повлиять. Если говорить о том, что можно посоветовать посмотреть с детьми, то я бы выделил фильм «Частное пионерское». Как это все сделано здорово! Дети хорошо играют, тема прописана хорошо. Я наплакался, насмеялся! Ванин (Ивана Добронравова, — прим. ред.) фильм очень понравился, в котором он выступил режиссером, называется «Никто не знает про Маньпупунёр». Тоже шикарно получилось.
— Недавно вы снялись с сыновьями в фильме «От печали до радости» — впервые все вместе в кадре. А кто кого сейчас больше «воспитывает» на площадке: вы их как отец, или они вас — как современные артисты?
— Да уже они меня. (Смеется.) Я уже не догоняю многого, они быстрее.
— А изменилось ли актёрство сейчас? Чувствуется разница в подходе у людей, в режиссуре?
— Конечно, чувствуется. Сейчас скорость мешает. Раньше репетировали, добивались, созидали. Сейчас нет, сейчас больше зарабатывают деньги. И выигрывают те, кто «наработаннее». Но нет уже такого, чтобы садились, углубленно разбирались и творили, как наши великие артисты.
«Сейчас скорость мешает. Раньше репетировали, добивались, созидали».
— Сейчас еще есть тренд на блогеров в кино, которых тоже привлекают из-за количества подписчиков и медийности...
— Я этого вообще не понимаю, и меня это как актера даже немножко оскорбляет. Ведь они ничего не создают…
— А какой у вас любимый режиссер — с которым вы работали или, быть может, еще хотите поработать?
— Я люблю Никиту Сергеевича Михалкова. Но пока не довелось с ним поработать. Сережа Урсуляк тоже нравится как режиссер. Мы дружим семьями, но в кино перестал приглашать...
— Я этого вообще не понимаю, и меня это как актера даже немножко оскорбляет. Ведь они ничего не создают…
— А какой у вас любимый режиссер — с которым вы работали или, быть может, еще хотите поработать?
— Я люблю Никиту Сергеевича Михалкова. Но пока не довелось с ним поработать. Сережа Урсуляк тоже нравится как режиссер. Мы дружим семьями, но в кино перестал приглашать...
— Да, когда Никита Сергеевич вышел на сцену, зал встал.
— И артисту стоит жить ради того, чтобы выходить на сцену — и зал поднимался. Но зал залу рознь. Я как-то был на концерте группы «На-На», и там тоже все поднимались и кричали. И я вижу, что ребята классно работают, выкладываются, поют вживую — и весь зал в восторге. Но не мое это искусство, не попадает в душу, сердце.
— А что попадает?
— Например, фильмы Михалкова. (Улыбается.) «Свой среди чужих», «Пять вечеров», «Раба любви»… Да их много.
— Кстати, когда вы пели на сцене, зал тоже поднимался…
— Наверное. (Смеется.)
— А еще сейчас еще у молодежи есть тренд на ностальгию: они открывают для себя актеров и певцов других поколений, например, зумеры Пугачеву слушают…
— Это прекрасно. Но мне кажется странной тенденция переснимать великие фильмы. Если молодежь не их знает, так это потому что никто им не сказал и не показал, что вот это Раневская, а это — Москвин. И разве не проще, вместо того чтобы тратить миллиарды на то, чтобы переснять хороший фильм, показать им его? Это все равно что пытаться показать величие Гималаев, сказать: «А давайте их еще раз построим!»
— И артисту стоит жить ради того, чтобы выходить на сцену — и зал поднимался. Но зал залу рознь. Я как-то был на концерте группы «На-На», и там тоже все поднимались и кричали. И я вижу, что ребята классно работают, выкладываются, поют вживую — и весь зал в восторге. Но не мое это искусство, не попадает в душу, сердце.
— А что попадает?
— Например, фильмы Михалкова. (Улыбается.) «Свой среди чужих», «Пять вечеров», «Раба любви»… Да их много.
— Кстати, когда вы пели на сцене, зал тоже поднимался…
— Наверное. (Смеется.)
— А еще сейчас еще у молодежи есть тренд на ностальгию: они открывают для себя актеров и певцов других поколений, например, зумеры Пугачеву слушают…
— Это прекрасно. Но мне кажется странной тенденция переснимать великие фильмы. Если молодежь не их знает, так это потому что никто им не сказал и не показал, что вот это Раневская, а это — Москвин. И разве не проще, вместо того чтобы тратить миллиарды на то, чтобы переснять хороший фильм, показать им его? Это все равно что пытаться показать величие Гималаев, сказать: «А давайте их еще раз построим!»
«Артисту стоит жить ради того, чтобы выходить на сцену — и зал поднимался».
— Был период, когда вам несколько месяцев пришлось провести всей большой семьей в одном доме. В чем секрет, как сохранить прекрасные семейные отношения, находясь так долго вместе?
— Никакого секрета нет, но это труд. Мы терпим друг друга — кто-то больше терпит, кто-то меньше, но это нормально: мы же разные. Кто больше терпит, тот не ссорится. Нас с женой иногда раздражает детский пофигизм, а им кажется странным, что нам, старикам, нужна какая-то точность, определенность. Поэтому просто терпим и держимся друг друга.
Когда мы с женой 44 года назад венчались, батюшка после обряда подошел и говорит: «Родные, терпите друг друга. Вот и все: просто терпите и прощайте. Ведь вы же любите друг друга. И все будет хорошо. Не считайте это за слабость. Терпите. Так и здесь: мы терпели три месяца, но с счастьем терпели: переиграли во столько игр вместе, так все переобщались.
— Какие игры у вас любимые?
— Да все настольные. Внучек втянули, те тоже с большим азартом играли. Просто замечательно время провели.
— Никакого секрета нет, но это труд. Мы терпим друг друга — кто-то больше терпит, кто-то меньше, но это нормально: мы же разные. Кто больше терпит, тот не ссорится. Нас с женой иногда раздражает детский пофигизм, а им кажется странным, что нам, старикам, нужна какая-то точность, определенность. Поэтому просто терпим и держимся друг друга.
Когда мы с женой 44 года назад венчались, батюшка после обряда подошел и говорит: «Родные, терпите друг друга. Вот и все: просто терпите и прощайте. Ведь вы же любите друг друга. И все будет хорошо. Не считайте это за слабость. Терпите. Так и здесь: мы терпели три месяца, но с счастьем терпели: переиграли во столько игр вместе, так все переобщались.
— Какие игры у вас любимые?
— Да все настольные. Внучек втянули, те тоже с большим азартом играли. Просто замечательно время провели.
— А внучки хотят продолжить актерскую династию?
— Ну не знаю, они еще не доросли до этого возраста, сейчас они хотят быть всем на свете.
— Помню, когда ваши сыновья заговорили об актерской карьере, вы отнеслись к этому с опаской, а теперь есть такие гениальные артисты!
— Мои сыновья знали, что такое жизнь, они хлебнули трудностей: когда мы только с женой передали в Москву, у нас не было ни знакомых, ни жилья… Внучки, слава богу, живут в хороших, полноценных семьях и трудностей не видят.
— Ну не знаю, они еще не доросли до этого возраста, сейчас они хотят быть всем на свете.
— Помню, когда ваши сыновья заговорили об актерской карьере, вы отнеслись к этому с опаской, а теперь есть такие гениальные артисты!
— Мои сыновья знали, что такое жизнь, они хлебнули трудностей: когда мы только с женой передали в Москву, у нас не было ни знакомых, ни жилья… Внучки, слава богу, живут в хороших, полноценных семьях и трудностей не видят.